Чернов и Партнеры
Верико

ЯРСТАРОСТИ: Депутат, издатель и исследователь Константин Некрасов

В этот день как никогда уместно вспомнить о ярославце, который всю свою жизнь стремился к свободе слова и пытался способствовать установлению этого принципа в современной ему русской действительности. Почти безусловно упоминания о нем сопровождаются как бы извиняющейся сноской – племянник поэта Николая Некрасова. Но тень великого дяди не должна заслонять от нас фигуры Константина Федоровича Некрасова – политика-демократа, успешного издателя, исследователя, историка культуры и литератора поневоле.

Константин Некрасов оставил заметный след в истории не только Ярославского края, но и всей России. В течение всей жизни средствами политики и культуры он старался улучшить российскую жизнь.

Отцом нашего героя был брат великого поэта, Федор Алексеевич Некрасов. Ему было 45 лет, он был вдовцом с пятью детьми, когда летом 1872 года увидел 22-летнюю Наталью Павловну Александрову. Она навестила в Карабихе свою сестру, которая работала гувернанткой у детей Федора Алексеевича. Некрасов предложил девушке погостить в имении, а к осени сделал ей предложение. Наталья Павловна согласилась, и 17 сентября 1872 года они поженились в Москве. А практически через год, 13 сентября 1873 года родился Константин – старший из их семи совместных детей.

Отец Константина, Федор Алексеевич Некрасов, свои дела вел успешно. Он  был помещиком и заводчиком, владельцем (с октября 1867 года) усадьбы Карабиха и карабихского винокуренного завода, пивомедоваренного завода в Ярославле, крупным домовладельцем – к 1909 году в Ярославле ему принадлежало 18 каменных домов стоимостью 64 тысячи рублей серебром.  

Наталья Павловна со временем подружилась с Николаем Алексеевичем и оставила воспоминания о встречах с поэтом в Карабихе и в Петербурге, где она с мужем навещала его. Например, так она описывала типичное времяпровождение братьев в Карабихе: «После обеда мы уходили в парк, гуляли по его аллеям, спускались к пруду или на родник, питавший его. Под вековыми деревьями, склонившимися над скрытым зеленью ручьем, стояла скамейка, на которой поэт любил посидеть и выкурить сигару. Потом мы поднимались в гору ближе к дому, заходили на площадку, устроенную у самой каменной ограды парка, и любовались чудным видом. Много виднелось деревень и сел с белыми церквами, придающими чисто русский колорит этой картине, и чудилось в ней что-то близкое, дорогое, родное... Братья, знавшие окрестности, старались определить, какая где видна деревня или село, что было не совсем легко, так как вид открывался верст на 15. Нагулявшись, мы возвращались в парк и усаживались на большой лужайке перед домом, под громадным кедром. Здесь происходили самые интересные разговоры, лились рассказы из охотничьей жизни или из быта поэтов и писателей; часто в юмористической форме загорались споры о достоинстве собак или лошадей. Только поздний вечер загонял нас в комнаты».

Наталья Павловна, как и ее сын, стремилась к эволюционному улучшению жизни в России. Первая бесплатная народная библиотека была создана в Ярославле в 1899 году. Через год ей было присвоено имя «Некрасовской», семья поэта закупила для библиотеки книг и выделила для ее функционирования 2,2 тысячи рублей. В 1914 году Наталья Некрасова пожертвовала еще 19 тысяч рублей на постройку для нее специального здания. По проекту архитектора Георгия Саренко одноэтажная библиотека была возведена на углу Сенной площади и Пошехонской улицы (ныне площадь Труда и улица Володарского). Здание, в котором библиотека располагалась 23 года, дошло до наших дней.

Константин был отдан на обучение во 2-й Московский кадетский корпус. Однако военного из него не вышло – из-за болезни после окончания учебы в возрасте 18 лет он вернулся в Карабиху. В родительском доме Константин сначала лечился и восстанавливался, затем пару лет помогал родителям вести дела. Семейной идиллии не сложилось. Юноша поссорился с отцом и начал искать себе службу.

Стремление как можно быстрее уехать из Карабихи стало одной из причин быстрого согласия Константина Некрасова стать земским начальником в селе Щетинское Пошехонского уезда, километрах в 60 от уездного центра. Позже он перебрался в село Ермаково, поближе к Пошехонью. В сельском захолустье Константин Федорович провел три года. По их истечении он переводится в Ярославский уезд, а живет в самом Ярославле, почти на берегу Волги. Он много читает, общается с крестьянами и местной интеллигенцией, формируя свои демократические политические взгляды. Вскоре он получает возможность их продемонстрировать.

В 1906 году потомственный дворянин Константин Некрасов избирается гласным уездного и губернского земств, а также Ярославской городской думы. Россию сотрясают революционные волнения и неудачная война с Японией. Власти пытаются «закрутить гайки». На службе Некрасов получил циркуляр губернатора, согласно которому крестьянам запрещалось обсуждение общих вопросов. Константин Федорович направил волостным старшинам разъяснение, что губернатор не может отменить высочайший рескрипт, которым крестьянам было дано право «всем обсуждать свои виды и нужды» для представления правительству, если крестьянские сходы происходят легально. Разъяснение у волостных старшин отобрали, а земскому начальнику 1-го участка Ярославского уезда Некрасову предложили подать в отставку.

Сам Константин Федорович описывал дальнейшие события так: «Отклонив предложение губернатора, а затем и уговоры предводителя дворянства уйти без шума, по решению министра внутренних дел Плеве я был устранен от должности, а затем уволен «по 3-му пункту», то есть без права занятия государственных и общественных должностей».  Кстати сказать, в донесении полицмейстера губернатору в качестве причины увольнения Некрасова от должности значатся «допущенные им фамильярности с крестьянами как прогрессиста».

Примерно в это время Константина Некрасова избирают руководителем ярославского отряда Красного Креста, который губернское земство посылает на Дальний Восток. Константин Федорович отказался от этого поручения «в виду нараставших политических настроений и событий». Под «событиями» Некрасов подразумевал свою работу в первой российской политической партии – партии кадетов.

Учредительный съезд конституционно-демократической партии, образовавшейся при объединении Союза Освобождения и земского движения, прошел 12-18 октября 1905 года. Это была первая легальная политическая партия России. Кадеты выступали за эволюционное развитие страны и всех институтов общества, они требовали разделения законодательной, исполнительной и судебной властей, ответственного перед Думой правительства, введения всеобщего избирательного права, демократических свобод, настаивали на строгом соблюдении гражданских и политических прав личности.  Эти весьма умеренные требования были для своего времени чуть ли не революционными.

В Ярославле региональное отделение партии кадетов создалось быстро. 17 октября 1905 года Николай II издает Манифест о гражданских свободах и созыве Государственной Думы, 25 октября ярославская газета «Северный край» публикует политическую программу кадетов, а уже 5 ноября избирается губернский комитет партии. Вместе с Константином Федоровичем в него вошли Николай Петрович Дружинин, Семен Александрович Мусин-Пушкин, Валериан Николаевич Ширяев.

В целом в России кадеты привлекли к себе «цвет русской интеллигенции» – либерально настроенных дворян, помещиков, среднюю городскую буржуазию, служащих, учителей, врачей. Сначала среди кадетов было немало и представителей рабочих, крестьян, ремесленников. Поддержка на первых выборах у кадетов была большая, и в итоге партии удалось получить в I Думе треть мандатов. От Ярославля и губернии все пять мест заняли кадеты, среди которых был и Константин Некрасов. В первом российском парламенте он был секретарем кадетской фракции.

Всего 72 дня – с 27 апреля по 8 июля 1906 года – просуществовала I Дума, пока не была распущена царем, поскольку «вместо внесения спокойствия она лишь разжигает смуту». Роспуск Думы стал для депутатов сюрпризом – они пришли на очередное заседание и увидели запертые двери Таврического дворца.  Около 200 депутатов уехали в Выборг для составления воззвания к народу.

«Выборгское воззвание», которое подписали 180 депутатов, в том числе ярославцы Шаховский, Скульский и Некрасов, в ответ на роспуск Думы призывало к гражданскому неповиновению: «Граждане! Вместо нынешней Думы Правительство обещает созвать другую через семь месяцев. Целых семь месяцев Россия должна оставаться без народных представителей в такое время, когда народ находится на краю разорения, промышленность и торговля подорваны. Когда вся страна охвачена волнением и когда министерство окончательно доказало свою неспособность удовлетворить нужды народа. Стойте крепко за попранные права народного представительства, стойте за Государственную Думу. Правительство не имеет права без согласия народного представительства ни собирать налоги с народа, ни призывать народ на военную службу. А потому теперь, когда Правительство распустило Государственную Думу, вы вправе не давать ему ни солдат, ни денег».

Народ, как у Пушкина, безмолвствовал – никаких акций в ответ на воззвание не последовало. В стране началась подготовка к новой кампании по выборам во II Государственную Думу, а против подписавших воззвание было возбуждено уголовное преследование. Они были приговорены к трем-четырем месяцам тюремного заключения и лишены избирательных прав при выборах на другие общественные должности.

При этом отбывать наказание депутаты могли по месту жительства и в удобное время. Константин Федорович решил отбыть наказание летом 1908 года. С 19 мая по 19 августа он вместе с еще одним ярославским депутатом, князем Дмитрием Шаховским, был в знаменитой тюрьме в Коровниках. В заключении Некрасов думает о будущем. На государственную службу поступить он не мог, легальная политическая карьера была закрыта, управлять отцовскими предприятиями не хотел. И здесь Некрасов впервые задумался об издательском деле.

Отцу Константин Федорович писал: «Есть одна область, в которой я могу устроиться: это редактирование газеты или журнала или что-нибудь в этом роде. Но занятия эти, требуя огромного труда (часто ночного), плохо оплачиваются, вдобавок нередко грозят судебным преследованием. Я решил взяться за эти дела только в том случае, если не найду ничего другого».

В письме же своему коллеге-кадету, Николаю Дружинину, он пишет уже как о деле решенном: «Тогда и окончательно я остановился на «Ярославском сборнике». Дело это, оказывается, и у нас имеет свою предтечу. В 50-х годах ярославский купец, археолог и антикварий Серебренников издал 2 ярославских сборника. Теперь сборники в моде».

Но, выйдя из тюрьмы, Константин Федорович начал свою издательскую деятельность не со сборников, а с выпуска ежедневной газеты. Вместе с Николаем Дружининым, который становится соиздателем новой газеты, они прорабатывают концепцию, закупают оборудование, подыскивают помещение на улице Духовской (ныне – Республиканская). 18 января 1909 года программа газеты была представлена на утверждение ярославскому губернатору.

Естественно, что направленность газеты была конституционно-демократической. В ней публиковались материалы на самые разные темы: положение крестьян, условия труда рабочих и другие социальным проблемы общества. «Голос» громко откликался на общероссийские события. В 1910 году несколько номеров газеты было посвящено смерти Льва Толстого, при этом в одном из номеров была напечатана его статья «Два закона» – и за эту публикацию редакция была оштрафована на 300 рублей. С первых номеров газета «Голос» становится очень популярной в Ярославле и губернии.

Газета была посвящена не только политике. «Голос» писал о культуре, ярославской истории; там печатались стихи Ивана Сурикова, Саввы Дерунова, Спиридона Дрожжина, Константина Бальмонта, для газеты писал Валерий Брюсов.

В конце 1909 года начинает издаваться еженедельный иллюстрированный журнал «Ярославские зарницы», в котором печатаются краеведческие и литературные материалы. Задачей журнала издатель называл пробуждение «интереса к своему родному, к своей губернии, к уезду, к селу; к своим героям, деятелям, тем, что живут и жили среди нас, часто незаметные, безвестные». Постоянная рубрика «Галерея местных деятелей и уроженцев» рассказывала об известных ярославцах – Николае Пастухове, Константине Евреинове, Алексее Мельгунове, Иване Затрапезнове. С журналом сотрудничали краеведы Петр Критский, Андрей Титов, Илларион Тихомиров, Порфирий Мизинов, писатели Илья Эренбург, Александр Грин.

Общение с поэтами, писателями, историками подвигает Константина Федоровича к открытию книжного издательства. В 1911 году он открывает «Книгоиздательство К.Ф. Некрасова». На всех книгах издательства местом выхода значится Москва, поскольку контора издательства находилась там. Но вся предпечатная подготовка и печать производилась в Ярославле, где в доме на улице Духовской была расположена типография издательства. Да и сам издатель жил в Ярославле, лишь изредка выезжая в столицы. Ярославским издательство Некрасова считалось и в литературной среде.

За пять лет работы издательство выпустило массу хороших книг. Они отличались изяществом оформления, добротной печатью. Основным критерием, по которому Константин Федорович выбирал книги для издания, были их художественные достоинства. Знак «Книгоиздательства К.Ф. Некрасова» означал, что читателя ожидала встреча с качественной литературой.

Издательство выпускало книги в сериях «Переводная художественная литература», «Русская классика», «Современная русская литература», «Исторические мемуары», «Памятники Возрождения», «Памятники древнерусской живописи», «Биографическая библиотека», «Библиотека войны». С ним сотрудничали Александр Блок, Андрей Белый, Валерий Брюсов, Константин Бальмонт, Борис Зайцев, Михаил Кузмин, Николай Клюев, Павел Муратов, Федор Сологуб, Алексей Толстой, Владислав Ходасевич и многие другие писатели и поэты.

В мемуарах, изданных уже после Великой Отечественной войны, писатель и библиофил Владимир Лидин писал об издательстве Некрасова: «его книгоиздательство в Ярославле было одним из самых культурных в России и по подбору книг, и по тому, как они были изданы, и могло соперничать с любым столичным издательством».

До нашего времени исследователи обращаются к изданным Некрасовым книгам раздела «Памятники древнего искусства» –  «Церковь Ильи Пророка в Ярославле», «Древне-русская иконопись в собрании И. С. Остроухова» и «Церковь Иоанна Предтечи в Ярославле» (последняя была подарена императору Николаю II  во время его визита в Ярославль в 1913 году, ЯРСТАРОСТИ).

Заметным явлением стало осуществленное Константином Некрасовым вместе с Павлом Муратовым издание журнала «София».  Авторы журнала пытались осмыслить самобытность русского искусства, его истоки и значение. «София» составляла серьезную конкуренцию выходившему в Петербурге журналу Сергея Маковского «Русская икона». Редакционные статьи писал сам Муратов, в работе журнала приняли участие Николай Бердяев, Владислав Ходасевич, Борис Зайцев, Павел Сухотин, Игорь Грабарь, Александр Бенуа, Алексей Щусев. В течение 1914 года были выпущены шесть номеров «Софии». Война помешала далее издавать журнал – Муратов, артиллерийский офицер по образованию, был призван в армию.

Экономическое положение издательства с началом Первой Мировой войны ухудшилось. Чтобы его как-то поправить, Константин Федорович начинает выпускать дешевые лубочные издания. Но вскоре принимает решение о закрытии предприятия. К этому книгоиздателя подвел целый ряд причин, в том числе и психологического характера. В феврале 1916 года Павел Муратов писал ему: «Решение Ваше меня действительно не удивило. Я так хорошо представляю себе, как все это должно было накопиться: и «либеральные» редакторы, и конфискация книг, и склады. И литераторы, и прочее и прочее... Нельзя издавать книги, которые Вы не читаете ни до, ни после издания...».

Надо обязательно сказать и о многолетнем увлечении Константина Некрасова – коллекционировании предметов антикварного искусства. В Москве он открыл антикварную лавку и собирал старинные предметы в России и за границей. Своей жене, Софье Леонидовне, он писал: «Лавка древностей» страшно интересует меня. Я все больше и больше о ней думаю и радуюсь, что начал это дело. Но, конечно, я не остановлюсь на обычном антиквариате! Искусство, искусство старое и новое! Мы создали грандиозное дело. И прекрасное!».

В 1913-1914 году Константин Федорович в поисках предметов старинного искусства посещает Вологду, Рязань, Нижний Новгород, Александров, Львов. В апреле 1914 года вместе с женой он отправляется в Персию. Там Некрасов начал формировать свою коллекцию, которая со временем легла в основу Государственного музея Востока. Коллекция состояла из 328 древних предметов – посуды и изразцов, их фрагментов, персидских рукописей и миниатюр, японских гравюр.

В 1918 году Константин Федорович поступает на службу в музейный отдел Наркомпроса. В 1922 году он переходит па работу в Сельхозсоюз, где трудится сначала управляющим Ленинградским отделением, затем инспектором финансового отдела в Москве.

В 1924 году умирает его супруга. Константин Федорович остается с 9-летним сыном Николаем (потом он станет литератором и исследователем творчества своего знаменитого родственника).

В 1926 году он из-за болезни выходит в отставку. Слава дяди-поэта помогает Константину Федоровичу пережить революционные годы, но существовать приходится на нерегулярные литературные заработки. Некрасов с сыном живут в двухэтажном доме на Малой Грузинской улице, который до революции принадлежал ему полностью. В 1920-е годы Константин Федорович и Николай занимали в нем одну комнату.

В последние годы жизни Константин Федорович изучал древнерусское искусство и написал книгу «О фресковой живописи старых русских мастеров». Она была рекомендована Академией архитектуры к изданию, но так и осталась неопубликованной.

22 октября 1940 года, возвращаясь из поездки на юг, Константин Некрасов умер в железнодорожном вагоне. Ему было 67 лет. В Туапсе, где тело было снято с поезда, сразу выехал его сын. Там же, в Туапсе, Константин Федорович и был похоронен. Могила его утеряна.

В некрологе из «Литературной газеты» от 12 ноября 1940 года читаем: «22 октября умер 67-лет Константин Федорович Некрасов – племянник поэта Н.А. Некрасова. Покойный известен как один из культурнейших книгоиздателей дореволюционной России. Им был осуществлен целый ряд ценных и значительных изданий. Достаточно указать на серию мемуаров, переводы классических образцов западноевропейской литературы, стихи «забытых» поэтов и т.п. Историк русской книги с благодарностью отметит культурную деятельность К.Ф. Некрасова».

Незадолго до своей смерти Константин Федорович Некрасов писал: «Я оглядываюсь на свою жизнь: может быть, много ошибок и заблуждений, но все же мне хочется верить, что все дела, за которые я брался, я вел честно и отдавал им все свои силы».

В память о политической деятельности Константина Некрасова на доме № 45 по улице Республиканской, где располагалась типография его издательства, в 2006 году была установлена мемориальная доска.

Потомкам остались многочисленные письма, сопровождавшие книгоиздательскую и политическую деятельность Константина Федоровича. Большой и малоизученный его архив еще ждет своих исследователей. Судя по недавно вышедшей книге Ирины Вагановой «Неоконченный роман в письмах. Книгоиздательство К. Ф. Некрасова в Ярославле, 1911-1916 годы» там содержится немало любопытных деталей эпохи.

Александр Шиханов

При подготовке статьи использованы материалы И. Вагановой,  А. Лопатина, А. Соколова.

Распечататьконстантин некрасов

Золотой сезон
Заглушка 6
Заглушка 8
Заглушка 9
Адвокаты

ЯРСТАРОСТИ: Войны генерала Павла Батова

Мир Дерева июль 2019

ЯРСТАРОСТИ: Сады, огороды и деревянные дома – Ярославль в начале 20 века

© 2011 — 2019 "ЯРНОВОСТИ". Сделано наглядно в Modus studio

Яндекс.Метрика