трубы
Альфа_мед

Смерть ребенка – главный итог «работы» детского омбудсмена в Ярославской области?

Скандал, который разгорается вокруг так называемого «детского приюта» в селе Мосейцево, «прославил» Ярославскую область на всю Россию. Напомним, в конце ноября там была убита 13-летняя девочка. Ребенка забили до смерти. По версии следствия, это сделали создательница приюта – 67-летняя Людмила Любимова и ее помощница. Обе они сейчас находятся под стражей.

История совершенно дикая – с учетом того, что представители общественности и СМИ больше года били во все колокола, пытаясь привлечь внимание чиновников и правоохранительных органов к странному то ли «приюту», то ли религиозной общине, где происходили очень настораживающие вещи. Организация нигде официально не зарегистрирована, посторонним вход сюда категорически запрещен. Там, за высоким забором, скрывающим внутреннюю жизнь от посторонних глаз, воспитывались девочки разного возраста. Дети из общины не ходили в обычную школу, не посещали они и храм, хотя называли себя православными.

Почти два года назад газета «Комсомольская правда» писала о том, что из Мосейцево с большим трудом удалось выбраться маме с тремя дочками. Их поселила у себя семья из Ярославля. Девочки были напуганы и рассказывали странные подробности своей жизни в приюте, упоминая и о сексуальном насилии. Делом заинтересовались следователи, но тогда ничего криминального они не нашли. И вот – смерть ребенка.

Надо сказать, что сейчас, после произошедшей трагедии, правоохранительные органы, в частности, Следственный комитет, плотно взялись за «приют» Любимовой. Можно с уверенностью сказать, что результаты расследования будут очень любопытными.

Но возникает вопрос – а где же были чиновники от социальной защиты и органов опеки как районного, так и областного уровня все то время, пока в Мосейцево за высокими стенами «частной собственности» Любимова издевалась над приемными детьми? Почему представители общественности в одиночку вели собственное расследование, пытаясь спасти девочек из «приюта»?

И самый главный вопрос – а где была уполномоченный по правам ребенка в Ярославской области Татьяна Степанова, которая по долгу службы как раз и должна бы принять все меры, чтобы предотвратить произошедшую в Мосейцево трагедию? Особенно если учесть, что ежегодно из регионального бюджета на ее зарплату тратится свыше 1 млн. рублей. Сумма немалая, согласитесь.

Итак, напомним: как минимум с начала 2013 года к этому странному приюту приковано самое пристальное внимание общественности и прессы. Ситуация не может не насторожить – кто, почему, на каких основаниях дал, мягко скажем, немолодой Людмиле Любимовой на воспитание шестерых младенцев одновременно? Ведь, чтобы усыновить даже одного ребенка, надо собрать серьезный комплект документов, в частности, подтвердить легальный доход не менее одного прожиточного минимума на каждого члена семьи. Необходимо пройти массу проверок, согласований, тестирований. При этом есть информация, что на момент усыновления у Любимовой был… паспорт устаревшего образца! Что же получается: богомольная бабушка с непонятными документами ни у кого не вызвала удивления, и ей вот так запросто отдали шестерых малышей?

Зачем для семьи Любимовой с шестью девочками в Интернете собирали вещи на мальчиков грудного возраста, восемнадцать разноразмерных покрывал, трехъярусные железные койки, одежду для «трудников» и прочий скарб?

Почему из этого странного приюта сбежала мать с тремя детьми, о которой мы уже упоминали? При этом девочки были запуганными и истощенными, упоминали об издевательствах и сексуальном насилии.

«Медики сказали они не привыкли так питаться, они слишком тощие, рахит, вот такие животы у всех, в ужасном состоянии», – говорит в своем интервью СМИ приютившая беглецов Ирина Алексеева.

Это только некоторые из тревожных звоночков, которые должны были бы насторожить уполномоченного по правам детей.

Но что же говорит Татьяна Степанова?

– Весной я была в Мосейцево, и ничего, что бы могло насторожить, не заметила, – заявила она уже после того, как в приюте был найден труп ребенка. – В холодильнике было полно продуктов, в подполье – различные заготовки. Дети признались, что едят досыта сметану и творог, пьют молоко. Правда, пожаловались, что приходится много молиться.

Вот еще один ее комментарий, данный ГТРК «Ярославия»:

– Когда в мае я видела этих детей, я видела, дети здоровые. Я с ними общалась. Там даже был хор, такой домашний хор, и я могу вам сказать, что я ничего не нашла, что бы меня насторожило. Я серьезно смотрю на эти вещи, если бы я увидела какого-нибудь истощенного ребенка, тогда бы была реакция.

Итак, это было в мае. А спустя полгода, в ноябре, в Мосейцево от побоев погибает 13-летняя приемная дочь Людмилы Любимовой.

– Мы заходили в дом, когда туда уже приехала полиция. Страшная картина. На кровати лежал скелет, обтянутый кожей, а по всему телу жуткие синяки и гематомы. На мой взгляд, невозможно получить такие травмы после падения с печки, – рассказала «Комсомолке» жительница села Мосейцево Полина Ивановна.

По словам местных, в приемной семье воспитывалось шестеро детей, но саму мать в селе видели редко. В своем доме бывала наездами. За детьми присматривали две девушки, которые сразу после трагедии исчезли, прихватив с собой трех старших девочек.

Вскоре всех пятерых уцелевших дочерей Людмилы Любимовой нашли и доставили в социально-реабилитационный центр «Медвежонок». С ними продолжают работать психологи и сотрудники правоохранительных органов.

По словам работников центра, девочки абсолютно не выглядят на свой возраст, 12-летним на вид дашь не больше 8-9 лет. Девчонки худые, затравленные, имеют скудный словарный запас, не знают, что такое телефон и телевизор.

Простите, а кого тогда видела весной проверяющая Татьяна Степанова? Ведь с ее же слов, она любовалась на упитанных и успешно сдающих экзамены в школе девочек, слушала домашний хор – сплошная благодать и лепота, после чего забыла про Мосейцево до конца ноября и рокового «падения с печки» одной из девочек. И вдруг выяснилось, что дети у Любимовой худые, затравленные и неразвитые...

Более того, Следственный комитет, который возбудил уголовное дело в отношении сотрудников органов опеки Ростовского района, утверждает, что Любимова и ее помощница избивали детей на протяжении 2013-2014 года. То есть как раз в то время, когда в Мосейцево с «внезапной проверкой» побывала детский омбудсмен Степанова, увидевшая «упитанных детей» и «хор». А хотела ли она увидеть что-то иное? И как вообще оценить такую вот «проверку»?

Но чудеса с проверками на этом не закончились. После смерти девочки из Мосейцево Татьяна Степанова провела кроткий брифинг, где напустила тумана: мол, я знаю много, но сказать всего не могу. И опять завела старую песню про изобилие продуктов в семье Любимовой:

– Я защищаю права детей, но я буду объективным человеком. В семье и с продуктами было нормально, и со сладостями, и с овощами и фруктами, все было нормально. Я на проверку приезжала неожиданно, никто не был проинформирован. Там никогда не было никакой общины, это просто семья. Возможно, там было и 20, и 30 детей, но это не ее дети, эти дети из Москвы приезжали в гости на лето.

После этого детский омбудсмен пропала на какое-то время, после чего на ее сайте появилось пламенное воззвание к жителям Ярославской области:

«К сожалению, в последнее время мы можем констатировать рост негативных явлений в отношении несовершеннолетних. Ярким тому примером служит трагедия, произошедшая в с. Мосейцево Ростовского района. Можно говорить о том, что кто-то из соседей что-то видел, что-то слышал или о чём-то догадывался. Однако обращений в мой адрес по данным подозрениям не поступало. Результат известен. Я обращаюсь ко всем неравнодушным людям: если вы стали свидетелем ситуации, которая не может быть охарактеризована как «нормальная», если вы видите несправедливость, жестокость, незаконность действий кого-либо по отношению к детям, пожалуйста, не проходите мимо, позвоните или напишите в уполномоченные органы. Лучше принести человеку извинения за необоснованные подозрения, чем допустить беду».

О как! Оказывается, это жители виноваты в том, что случилось в Мосейцево. А то, что общественность и СМИ пытались привлечь внимание к тому, что творится в странном «приюте-общине» больше года  – Татьяна Степанова почему-то скромно умолчала. Быть может, детский омбудсмен не умеет пользоваться интернетом? Тогда хотелось бы порекомендовать ее помощникам найти тему «Богадельня или осиное гнездо» на самом популярном городском форуме Ярпортал, где представители этой самой общественности на 436 страницах бьют тревогу и ведут свое расследование по ситуации в Мосейцево, фактически делая работу Степановой. Кстати, некоторые из авторов обсуждения прямо говорили – дело закончится трагедией. Но Степанова, по-видимому, форумов не читает и тревожными сообщениями не интересуется. А жаль.

10 декабря история со смертью 13-летней девочки из приюта в селе Мосейцево получила свое продолжение. Следственными органами Следственного комитета РФ по Ярославской области возбуждено уголовное дело в отношении сотрудников отдела по опеке и попечительству управления образования Ростовского муниципального района.

Следствие подтвердило многие странные вещи, которые происходили в Мосейцево: в семье, помимо детей Любимовой, в различные периоды времени проживали несовершеннолетние, в том числе без своих законных представителей. В отдел по опеке и попечительству управления образования Ростовского муниципального района с 2012 по 2014 годы неоднократно поступала информация о нарушениях прав детей. В ходе заседания районной комиссии по делам несовершеннолетних рассматривалась информация органов внутренних дел о фактах неблагополучия в семье по сообщениям, поступавшим в полицию, с просьбой принять соответствующие меры. Надлежащая проверка по данным фактам не проводилась, оценка результатов проведенных проверок не давалась, меры по защите прав несовершеннолетних не принимались.

Также, как следует из материалов уголовного дела, в 2013-2014 годах Любимова вместе со своей знакомой систематически избивала детей. Несмотря на то, что сотрудники отдела по опеке и попечительству управления образования Ростовского муниципального района располагали сведениями о нахождении малолетних детей в условиях, угрожающих их жизни и здоровью, они не приняли адекватных мер.

Следствие смогло увидеть то, что почему-то за «обилием продуктов» и «детским хором» не попыталась разглядеть Степанова.

И тут же система дала свой – откровенно запоздалый – ответ: решением губернатора Ярославской области была создана специальная комиссия «для анализа деятельности органов социальной защиты и опеки Ростовского муниципального района». Комиссии поручен комплексный анализ всей деятельности социального блока Ростовского муниципального района с возможными серьезными выводами.

И как вы думаете, кто возглавил эту самую комиссию? Правильно – Татьяна Степанова!

Это вызвало у той самой неравнодушной общественности шок: ведь после произошедшего в Мосейцево все ожидали, что Татьяна Александровна, с таким «успехом» проверившая семью Любимовой, как минимум подаст в отставку. Возможно, ей объявят выговор, дисциплинарное взыскание, пожурят, укажут на недостатки в работе. Но нет. Детский омбудсмен возглавила поверяющую комиссию.

А может быть, хватит проверок? Может быть, пора проверить деятельность самой Уполномоченной по правам ребенка? Ведь сегодня многие прямо заявляют: ситуация в Мосейцево фактически дискредитировала институт детского омбудсмена в Ярославской области.

– Я изначально считал, что создание института омбудсменов в регионах абсолютно себя не оправдывает. Омбудсменом может быть принципиальный, абсолютно независимый от власти человек, который не смотрит на недостатки замыленным глазом, а вскрывает эти недостатки и докладывает о них. У нас, как правило, омбудсменами назначаются люди, близкие к власти, близкие к «Единой России», поэтому ждать от них какой-то принципиальности в отношении недостатков и безобразий, которые творятся в области, очень сложно. А в условиях, когда нет возможности назначить грамотного принципиального омбудсмена, смысл в назначениях пропадает, – заявил депутат муниципалитета Ярославля Анатолий Каширин.

По мнению Каширина, уполномоченному следовало быть более внимательной при посещении приюта в Мосейцево.

– Допустим, Татьяна Степанова была в семье в Мосейцево, и там все было прекрасно. Но как можно посетить, по сути, семью сектантов и считать, что там все прекрасно? Эта особая атмосфера чувствуется сразу, она в воздухе висит, отношения все эти просматриваются. Тем более нехороших сигналов было немало – все знали про этот дом, про то, что там творится. И будучи там, омбудсмену надо было по-другому смотреть, надо было ковырять, надо было добивать. Дело в том, что о приезде они все знали, явно в органах опеки кто-то сидел, предупредил. Конечно, Степанова приехала – там все красиво, все хорошо. Но дело в том, что она ездила туда не с какой-то определенной после конкретного случая проверкой, а, насколько я понимаю, просто посмотреть. А здесь должны быть именно проверки, особенно если речь идет о детях, которых отдали под опеку или усыновили.

Анатолий Каширин считает, что после всего случившегося Татьяна Степанова должна оставить свой пост:

– На мой взгляд, в такой ситуации это было бы нормально, справедливо, честно. А примут ли к ней какие-то меры – сложно сказать. Она представитель Президента. Посмотрим, как власть на это отреагирует.

Его коллега, депутат муниципалитета Ярославля Вера Никольская, убеждена, что причина фатальной «невнимательности» детского омбудсмена кроется в сугубо административном подходе к работе:

– Я считаю, что чиновник такого уровня, как директор областного департамента образования, вообще никогда не может занимать подобного рода должности. Чиновник – он и есть чиновник, каким родился – таким и останется. Татьяна Степанова всю жизнь работала только чиновником, и решение о ее назначении на должность уполномоченного по правам ребенка в Ярославской области я восприняла отрицательно, поскольку была убеждена, что защита прав детей будет рассматриваться только с точки зрения работы административного аппарата, а не оказания действенной помощи. Трагедия в Мосейцево, скандалы в Рыбинской детской больнице, прогремевшие на всю страну, возмутили просто невероятно. Степанова должна обязательно все это отслеживать, и ее команда тоже, тем более, поводы для этого были. Тем же самым должны были заниматься и органы опеки Ростовского района. А здесь вся деревня знает, что там что-то невероятное творится, фактически секта работает, и все на это смотрят сквозь пальцы. При этом Татьяна Александровна еще пытается воспитывать: «А вот тут все правильно!» Что правильно, если ребенок убит в 13 лет? – резко раскритиковала работу Степановой Вера Никольская.

По ее мнению, все произошедшее – весомый повод для увольнения Степановой с должности уполномоченного по правам ребенка.

– Я считаю, это первое, что нужно сделать. А если она сама не понимает, что ей надо уйти, должно быть принято однозначное решение сверху. Здесь четкий прокол с ее стороны. А органы опеки, которые сейчас проверяла комиссия, создавала сама Татьяна Александровна, и они все под ней же и работали. По совести – сама бы подала в отставку и ушла, а не по совести – тогда надо увольнять тому, в чьей это компетенции.

Депутат Ярославской областной Думы от Ростовского муниципального района Антон Капралов признал, что определенная доля вины Татьяны Степановой в произошедшем есть, но он считает, что возлагать ответственность только на нее не совсем правильно, поскольку детский омбудсмен – часть госсистемы.

– Действительно, здесь власть не доработала, надзор осуществлялся не должным образом. Сигналы были не единожды, постоянно поступали тревожные сведения от местных жителей. Случившаяся трагедия – неудовлетворительная оценка всей системы, не только работы Татьяны Степановой, ведь детский омбудсмен встроен в систему госаппарата. В настоящее время государственная политика направлена на сокращение расходов на содержание детских домов и обеспечение процесса усыновления детей. Но у этой медали две стороны: с одной – поощряется усыновление и создание условий для воспитания приемных детей в семьях, с другой – такие приемные родители не всегда бывают людьми адекватными и достойными. Задача омбудсмена – обеспечивать контроль над усыновлением и проживанием детей в приемных семьях. Это ее полномочия, но у нас достаточно широкий спектр чиновников, призванных делать то же самое. Но у нас все зависит не от системы, а от конкретного человека, поэтому и появляются такие негативные моменты, – констатировал Капралов.

Однако Татьяне Степановой, похоже, все-таки придется дать пояснения по поводу своей работы. Как сообщила ЯРНОВОСТЯМ советник по информационной политике Уполномоченного при Президенте РФ по правам ребенка Юлия Сергеева, действия их ярославского коллеги будут проверены:

– Мы будем разбираться в ситуации, обязательно проведем тщательную проверку, – заявила Юлия Сергеева.

Комментария губернатора по поводу ситуации мы ждем с четверга. Впрочем, как таковой уже можно рассматривать сам факт назначения Татьяны Степановой председателем правительственной комиссии, проверявшей органы опеки Ростовского района. Но мы все-таки еще ждем.

А чтобы руководство области и сама Татьяна Александровна получили объективную информацию об оценке ситуации со стороны общественности, приводим лишь некоторые цитаты с Ярпортала. Возможно, мнение людей заставит чиновников задуматься.

Самое противное - что ждали-ждали ЧП, дождались таки, а теперь главное, что заботит ответственных лиц - как прикрыть свои попки...

Щас забегают, как тараканы ошпаренные, только первоочередная цель будет – доказать, что их вины в произошедшем не было.

Понятно. Даме, давно забывшей, что такое дети, зато поднаторевшей в чиновничьих игрищах, при отставке подыскали синекурку, дабы из обоймы не выпадала. Ну, и чему потом удивляться?

Полностью согласна. Тема жуткая. Вопросов очень много. И, боюсь, открытий страшных тоже... А ведь могло всего этого не случиться, если бы ещё тогда чуть внимательней и ответственней должностные лица отнеслись к своим обязанностям, копнули глубже, увидели то, чего не увидеть, казалось бы, невозможно...доказать то, что было очевидным..чтобы сейчас не оправдывать свою халатность...

Если при проверке в комиссии даже не поняли, что за дети перед ними изображали церковный хор, то грош цена таким проверяющим. Я так думаю.

... Степанова говорит о том, что видела... А она не татарин на арбе, чтобы петь о том, что видит. Она – уполномоченная по правам ребенка. Своими словами про умственную отсталость и заболевание сифилисом вполне конкретных детей она продемонстрировала, как минимум, свою полную профессиональную непригодность. Взашей! Крайне изумлюсь, если Астахов будет другого мнения, и сделаю соответствующие выводы и о нём.

А вот я считаю, что Степанова проявила преступную халатность. То есть я считаю, что она должна была разобраться в ситуации, независимо от того, были ли у нее для этого полномочия и ресурсы или не было, и независимо от того, что у нее говорилось в инструкции и была ли эта инструкция вообще. И причинную связь я вижу, она очевидна.

Вполне может быть, что это хороший человек, прекрасная мать, отличный друг и замечательная хозяйка. Но в данной - подчеркну, данной ситуации - по моему мнению, она не проявила себя как компетентный специалист.
Потому что
а) По всей вероятности не ознакомилась тщательно со всеми обстоятельствами, перед тем, как совершить поездку.
б) Не проявила должного внимания к образовательному процессу (отсюда недопустимое, с моей точки зрения, невнимание к учебным программам)
в) Скорее всего, не проверила и медицинские документы. О чем можно судить по смелым заявлениям про умственную отсталость и сифилис.
г)Явно тесная комната для юных девочек, устроенная по казарменному типу с рядом двухярусных кроватей с серыми покрывалами - и это при огромных площадях, нескольких домах и целых комнатах, устроенных под религиозные нужды. У обычной матери, не имеющей отношения к образованию, заныло бы сердце от жалости. Помимо всего этого вызывает вопрос о постоянном доходе.

РаспечататьЯрославская областьРостовский районМосейцевоприютсмерть ребенкауполномоченный по правам ребенкаорганы опеки

ЖК Арена
Адвокаты

Ипотека в ПСБ: быстро, просто и доступно

Сердце_Ярославля

© 2011 — 2021 "ЯРНОВОСТИ". Сделано наглядно в Modus studio

Яндекс.Метрика